Ходатайство об изменении меры пресечения: образец апелляционной жалобы

  • В ____________областной суд
  • От  подсудимого:
  • _____________________________
  • содержащегося в СИЗО___________
  •                                                              АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА
  • на постановление суда (название) об отказе в удовлетворении ходатайства об отмене меры пресечения (изменения меры пресечения на более мягкую)

Постановлением Суда от 15 января 2020 года срок действия меры пресечения в виде содержания под стражей в отношении подсудимого Сидорова С.С. был продлен в порядке статьи 255 УПК РФ на 06 (шесть) месяцев 00 суток, а всегод до 14 июня 2020 года.          

Подсудимым Сидоровым С.С. и его защитником – адвокатом Ивановым И.И. при рассмотрении уголовного дела по существу 15 февраля 2020 года было заявлено самостоятельное ходатайство об изменении меры пресечения в отношении подсудимого  на домашний арест.

Постановлением Суда от 15 февраля 2020 года защитнику Иванову И.И. в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения в отношении подсудимого Сидорова С.С. на домашний арест было отказано.

Считаю, что постановление суда от 15 февраля 2020 года об отказе в удовлетворении ходатайства об изменении меры пресечения на домашний арест является незаконным, необоснованным, немотивированным, а также основано на неправильном применении норм процессуального права.

Поводом для заявления защитником и подсудимым ходатайства об изменении меры пресечения на домашний арест в отношении подсудимого Сидорова С.С. послужило то, что обстоятельства, предусмотренные статьями 97 и 99 УПК РФ изменились.

В частности, к моменту заявления указанного ходатайства, в судебном заседании при рассмотрении уголовного дела по существу было исследовано значительное количество доказательств, представленных стороной обвинения – были допрошены потерпевшие, свидетели обвинения, исследованы (или в настоящее время исследуются) письменные материалы уголовного дела.

При этом, содержание показаний допрошенных потерпевших/свидетелей указывает на то, что они не опасаются за свою жизнь, со стороны подсудимого или связанных с ним лиц отсутствует какое – либо давление, угрозы или прочие негативные выпады, направленные в их адрес с целью изменения показаний. (далее, можно конкретизировать ответы потерпевшего, свидетелей о том, что угроз со стороны подсудимого не поступало и не поступает, и за свою жизнь и здоровье они не опасаются)

С учетом того, что в настоящее время, сторона обвинения представила все необходимые по ей мнению доказательства, результаты исследования которых отражены в протоколе судебного заседания, то основания для содержания Сидорова С.С. под стражей, предусмотренные п. 3 ч. 1 ст. 97 УПК РФ в настоящее время отсутствуют.

Однако, суд первой инстанции почитал иначе, при этом, не мотивировав должным образом решение об отклонении ходатайства стороны защиты.

Кроме того, в подтверждение обоснованности заявленного ходатайства, защитником были представлены сведения, подтверждающие наличие реальной возможности исполнения домашнего ареста (свидетельство о праве собственности на объект недвижимости, копию договора аренды квартиры с нотариальным согласием собственника обеспечить подсудимого временной регистрацией и так далее), однако данные документы не получили должной оценки со стороны суда.

Отдельно обращаю внимание на тот факт, что ни материалы уголовного дела, ни промежуточные результаты судебного следствия, ни фактические обстоятельства жизнедеятельности Сидорова С.С.

не свидетельствуют прямо или косвенно о том, что находясь на свободе он может продолжить заниматься преступной деятельностью или скрыться от суда, следовательно, основании для  его дальнейшего содержания под стражей, предусмотренных п.п. 1, 2 ч. 1 ст. 97 УПК РФ, не имеется.

Как раз наоборот, защитником в судебном заседании как при разрешении вопроса о продлении меры пресечения, так и при заявлении ходатайства об изменении меры пресечения 15 февраля 2020 года были исследованы и оглашены письменные материалы, подтверждающие отсутствие законных основании для дальнейшего содержания под стражей (медицинские документы, характеристики и иные документы стороны защиты).

Полагаю, что выводы, изложенные в обжалуемом постановлении не только не мотивированны, но и являются тенденциозными с позицией стороны обвинения, что нарушает принцип состязательности и равноправия сторон уголовного судопроизводства, в связи с чем, данное решение Суда подлежит отмене в апелляционном порядке на основании п. 2 ч. 1 ст. 389.15 УПК РФ.

            Конституционный Суд РФ в Определении от 15 июля 2008 года №477 – О – О и Определение от 27 января 2011 года №11 – О – О, указал, что на возможность самостоятельного обжалования определения или постановления суда об отказе в удовлетворении ходатайства участников судебного заседания об отмене (изменении) меры пресечения в виде заключения под стражу до постановления приговора или иного итогового решения по уголовному делу.

Образец апелляционной жалобы в суд на постановление, приговор | Адвокат Online — юридические услуги Волгоград

Образец апелляционной жалобы в суд на постановление  районного суда  об избрании в отношении подозреваемого (обвиняемого) меры пресечения в виде заключения под стражу, разработанный адвокатом по уголовным делам. Статьи 228, 228.1 УК РФ. Образец также подойдет и по другим статьям.

Остались вопросы? Нуждаетесь в помощи в подготовке апелляционной, кассационной или надзорной жалобы в суд на постановление решение или приговор суда?

Звоните адвокату Нестеренко Дмитрию Константиновичу. Волгоградская коллегия адвокатов. Адвокатская палата Волгоградской области. Номер в реестре адвокатов Волгоградской области 34/2266. + 7 906 173-62 72

  • Волгоградский областной суд
  • через
  • Центральный районный суд г. Волгограда
  • адвоката НО ВМКА ____________
  • _________________________________

400074, г. Волгоград, ул. __________, 22,

офис № 15

телефон ….

Петровой Ю.Ш.,

подозреваемой по ч.1 ст.228 УК РФ

Дело № _____________________

Апелляционная жалоба

на постановление Центрального районного суда г. Волгограда об избрании в отношении подозреваемой меры пресечения в виде заключения под стражу от 17 ноября 2016 г.

17 ноября 2016 года Постановлением Центрального районного суда г. Волгограда оставлено без удовлетворения ходатайство защиты об избрании в отношении обвиняемого меры пресечения в виде домашнего ареста, также избрана в отношении подозреваемой мера пресечения в виде заключения под стражу.

Однако указанное постановление подлежит отмене в связи с несоответствием выводов суда, изложенных в постановлении, фактическим обстоятельствам уголовного дела, установленным судом первой инстанции, а также в связи с существенным нарушением уголовно-процессуального закона, что выражается в следующем:

  1. Выводы суда первой инстанции о намерениях Петровой Ю.Ш. скрыться от органов предварительного следствия не подтверждаются никакими из доказательств, рассмотренных в судебном заседании.

Судом сделан общий вывод о том, что «предоставленные суду материалы в полном объеме подтвердили наличие обстоятельств для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, без ссылки на конкретные материалы дела.

Указанные факты в соответствии с п. 1 ст. 389-15 УПК РФ, п. 1 ст. 389-16 УПК РФ, а также ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

  1. В обжалуемом постановлении, в нарушение ч. 1 ст. 108 УПК РФ, не указаны конкретные обстоятельства или факты, свидетельствующие о невозможности применения иной, более мягкой меры пресечения, например, меры пресечения в виде домашнего ареста, о чем и было заявлено стороной защиты, при этом суд ограничивается общими фразами.

Кроме того, судом указано, что Петрова Ю.Ш. не имеет постоянного места жительства на территории Волгоградской области, однако стороной защиты приобщены к материалам дела:

  • копия договора «Безвозмездного и бессрочного найма жилья» — комнаты в квартире № 3 по ул.__________________________________, в г. Волгограде от 17.11.2016 г. между Петровой Ю.Ш. и Магомедовой Н.Г. и Умалатовым К.Н.;
  • копии свидетельств о государственной регистрации собственников (Марковой Н.Г. и Умилина К.Н.);
  • копии паспортов указанных собственников.

Вместе с указанными копиями суду предоставлены оригиналы документов для заверения.

Также в судебном заседании были допрошены свидетели — Маркова Н.Г. и Умилина К.Н., которые пояснили что являются собственниками квартиры по адресу: г. Волгоград, ул. милиционера Чайкова, дом.40, кв.

1, и не против постоянного проживания в данной квартире своей родственницы — Петровой Ю.Ш., в том числе при «нахождении её под домашним арестом» в их квартире, также пояснили обстоятельства заключения с Петровой Ю.Ш.

договора «Безвозмездного и бессрочного найма жилья».

В нарушение ч. 4 ст. 7 УПК РФ судом не дана оценка указанным показаниям свидетелей и документам.

Указанные факты в соответствии с ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

  1. В обжалуемом постановлении, в нарушение ч. 1 ст. 108, ст. 100 УПК РФ не указаны исключительные и конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял решение об избрании в отношении подозреваемой меры пресечения в виде заключения под стражу.

В нарушение ст. 99 УПК РФ судом первой инстанции проигнорированы род занятий подзащитной, а именно: подзащитная работает акушером-гинекологом, проходит ординатуру по своей специальности, выросла в семье потомственных врачей, мать работает в больнице им. И.М. Сеченова».

Указанные факты в соответствии с ч. 1 ст. 389-17 УПК РФ являются основанием для отмены постановления суда.

4) Судом проигнорированы пункты постановления пленума Верховного Суда РФ № 41 от 19.12.2013 г. о необходимости наличия фактических обстоятельств, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ.

Кроме того, судом проигнорирован п. 2 указанного Постановления пленума ВС РФ, вследствие чего судом не проверена обоснованность подозрения в причастности Петровой Ю.Ш. к совершенному преступлению.

Обоснованное подозрение предполагает наличие достаточных данных о том, что лицо могло совершить преступление (лицо застигнуто при совершении преступления или непосредственно после его совершения; потерпевший или очевидцы указали на данное лицо как на совершившее преступление; на данном лице или его одежде, при нем или в его жилище обнаружены явные следы преступления и т.п.) Однако указанные факты судом не установлены.

Читайте также:  Приобретательская давность на недвижимое имущество: судебная практика по ст 234 гк рф

5) Суд, сославшись на тяжесть преступления как основной аргумент при заключении под стражу, проигнорировал нормы международного законодательства, которые имеют высшую юридическую силу по сравнению с национальным, а именно — выводы по решениям Европейского суда по правам человека (далее — ЕСПЧ).

Европейский Суд неоднократно указывал, что тяжесть обвинения не может сама по себе служить основанием для оправдания содержания лица под стражей (см. Постановление Европейского Суда по делу «Панченко против Российской Федерации» (Panchenko v.

Russia) от 8 февраля 2005 г., жалоба N 45100/98, §102; Постановление Европейского Суда по делу «Горал против Польши» (Goral v. Poland) от 30 октября 2003 г., жалоба N 38654/97, §68; и приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу «Илийков против Болгарии» (Ilijkov v.

Bulgaria), §81). 

Европейский Суд повторяет, что хотя тяжесть возможного наказания и является существенным элементом при оценке вероятности того, что обвиняемый скроется или продолжит преступную деятельность, необходимость содержания под стражей не может оцениваться исключительно с абстрактной точки зрения.

Она должна рассматриваться со ссылкой на ряд других существенных факторов, которые могут либо подтвердить наличие риска побега или повторного совершения преступления, либо продемонстрируют указанный риск таким незначительным, что он не сможет оправдать содержание заявителя под стражей до суда (см.

Постановление Европейского Суда по делу «Летелье против Франции» (Letellier v. France) от 26 июня 1991 г., Series A, N 207, p. 19, §43; и приведенное выше Постановление Европейского Суда по делу «Панченко против Российской Федерации» (Panchenko v. Russia), §106).

Дело «Пшевечерский (Pshevecherskiy) против Российской Федерации» (Жалоба N 28957/02)

Согласно ч. 4 ст. 15 Конституции РФ приоритет отдается нормам международного права перед федеральным законодательством.

Согласно ст. 1 ФЗ № 54 от 30.03.1998 г. «О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней» для РФ обязательными являются решения ЕСПЧ

Апелляционная жалоба в суд (об избрании меры пресечения)

                                                       В Судебную коллегию по уголовным                                                              делам

                                                        Московского городского суда

                                                        от адвоката Баламутова К.А.

                                                        т. +7 (495) 928-55-44

По уголовному делу № 00000 по обвинению Иванова А.А., предусмотренного ч. 3 ст. 30, п. «а» ч. 2 ст. 228-1 УК РФ.

       АПЕЛЛЯЦИОННАЯ ЖАЛОБА

         на постановление Хорошевского районного суда о продлении меры пресечения

                                                               в порядке ч. 3 ст. 389.2 УПК РФ

Постановлением Хорошевского районного суда г. Москвы от 01.01.2008г. (далее – Постановление) Иванову А.А. избрана мера пресечения в виде заключения под стражу.

Согласно Постановлению, Иванов А.А. обвиняется в том, что он совершил покушение на незаконный сбыт наркотических средств, группой лиц по предварительному сговору. Так он, вступив с Петровым А.А. и Сидоровым А.А.

в предварительный преступный сговор на незаконный сбыт наркотических средств и действуя с соучастниками совместно, с единым умыслом, направленным на незаконный сбыт наркотических средств, и согласно распределенным ролям, в то время как Петров А.А. и Сидоров А.А.

 подыскали и прибрели у неустановленного источника, в целях последующего сбыта наркотическое средство гашиш, он (Иванов А.А.) 30 июля 2008 г. приискал покупателя наркотического средства – Трофимову, договорившись с ней о встрече. В дальнейшем он, Петров А.А. и Сидоров А.А.

 прибыли на встречу с Трофимовой, действовавшей в ходе оперативно-розыскного мероприятия «проверочная закупка». Иванов А.А. получил от Трофимовой денежные средства в размере 1.800 рублей, после чего передал их соучастнику Петрову А.А., который в свою очередь, сбыл Трофимовой наркотическое средство гашиш общей массой 0.7 гр.

Далее, согласно постановлению, суд полагает, что « Оснований для изменения избранной в отношении Иванова А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу на иную не связанную с лишением свободы суду не представлено.

Органом предварительного следствия представлены достаточные данные, подтверждающие обоснованность применения к Иванову А.А. меры пресечения в виде заключения под стражу т.к. ему предъявлено обвинение  в совершении преступления, относящегося согласно ст.

15 УК РФ, к категории преступлений особо тяжких, а с учетом конкретных обстоятельств преступления и фактических обстоятельств деяния, в совершении которого обвиняется Иванов А.А.

,   есть основания полагать, что, оставаясь на свободе, он может помешать установлению истины по делу, т.е. скрыться от органов следствия и суда».

Считаем, что данное постановление незаконно, необоснованно и подлежит отмене по следующим обстоятельствам.

В соответствии с ч. 1 ст.

108 УПК РФ при избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение.

В вышеуказанном постановлении формально перечислены положения УПК РФ и ходатайства следователя СС УФСКН об избрании меры пресечения, без указания конкретных обстоятельств.

В Постановлении Президиума Верховного суда РФ от 27.09.2006 г.

«О рассмотрении результатов обобщения судебной практики об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу подозреваемых или обвиняемых в совершении преступлений» указано на недопустимость формального подхода к разрешению ходатайств о заключении под стражу, поскольку это самая строгая мера пресечения, ограничивающая права, свободу и личную неприкосновенность человека, и гражданина. В нем указано, что «судьи в постановлениях лишь формально перечисляли указанные в ст. 97 УПК РФ основания для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу, не приводя при этом конкретных исчерпывающих данных, на основании которых суд пришел к выводу, что подозреваемый или обвиняемый может скрыться, продолжить заниматься преступной деятельностью».

В соответствии обжалуемым постановлением выводы суда о возможности Иванова А.А. скрыться от следствия и суда, а также продолжать заниматься преступной деятельностью носят характер предположений и домыслов.

При этом судом не дана оценка тому, что Иванов А.А. зарегистрирован в г. Москве, проживает с родителями, учится в институте иностранных языков, где положительно характеризуется. Возраст Иванова А.А.

19 лет, и он ранее не привлекался ни к уголовной, ни к административной ответственности.

Не может Иванов А.А. и воспрепятствовать установлению истины по делу т.к. сразу после задержания предоставил следствию чистосердечные показания, а также заявление о готовности сотрудничать со следствием. Данные обстоятельства не были изучены судом и им не была дана какая-либо оценка.

В соответствии с п. 14 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 10.10.2005 г.

№ 5 «О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров РФ» обстоятельства, оправдывающие изоляцию лица от общества «должны быть реальными, обоснованными, т.е. подтверждаться достоверными сведениями».

Также указано, что суды должны указывать не только на конкретные обстоятельства, но и доказательства, подтверждающие наличие таких обстоятельств. Такие доказательства обжалуемое постановление не содержит.

         Кроме того, Иванов А.А. проводил лечение у терапевта по поводу вегето – сосудистой дистонии (см. справку гор. поликлиники № 139), в 2004 г. у него выставлен диагноз миопия средней степени обоих глаз. Дальнейшее пребывание Николаева А.С. в изоляторе может негативно отразиться на его здоровье.

Обращает на себя внимание изначально невнимательное и не вдумчивое отношение судьи Е_______ к данному процессу, характеризующее абсолютно безразличное отношение к рассматриваемому вопросу. Так согласно постановлению судья указала: «…Иванов А.А….оставаясь на свободе (?)…может помешать…». Судья Еремина скорее всего не заметила, что Иванова А.А.

доставил в зал судебного заседания конвой, что свидетельствует о том, что до 28.11.2008 г., т.е. до дня судебного заседания Иванов А.А. находился под стражей. Ранее, со дня возбуждения уголовного дела, Иванов А.А. не находился на свободе ни одного дня и не одного часа. В связи с этим, размышления судьи о вредных и незаконных действиях Иванова А.А.

находящегося на свободе абсурдны и носят характер домыслов и предположений.

Крайнее недоумение защиты вызывает фраза в постановлении: «…он (Иванов А.А.) может помешать установлению истины по делу, т.е. скрыться от органов следствия и суда».

Иными словами, непонятно каким образом судья сделала вывод, что установление истины по делу – это есть невозможность скрыться от органов следствия. Отсюда вывод, что ИСТИНА по уголовному делу есть не что иное, как —  Иванов А.А., содержащийся в изоляторе под стражей.

И при отсутствии данного условия (Иванова А.А. под стражей) истину по делу установить не возможно.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ч. 11 ст. 108 УПК РФ

ПРОШУ

1. Отменить Постановление Хорошевского районного суда г. Москвы от 01.08.2008 г.

2. Избрать Иванову А.А. в качестве меры пресечения иную не связанную с лишением свободы.

Приложение: ордер № БК — 0000

Адвокат                                                                       К.А. Баламутов   

 Внимание: даты, данные лиц, организации, следственного органа и суда изменены 

Апелляционная жалоба на постановление суда об избрании ареста

В судебную коллегию по уголовным делам Московского городского суда

107076, г. Москва, Богородский вал, д.8.

  • Через Чертановский районный суд г. Москвы
  •                                                      Артековская ул., 3А, Москва, 117556
  • От адвоката МГКА «Насимов и партнеры» Воробьева Александра Сергеевича
  • 119002, Москва, улица Арбат, дом 33, помещение 1
  • В защиту подозреваемого ФИО
  • Ордера в деле
  •                                                                        Дело №
  • Апелляционная жалоба на постановление судьи об избрании меры пресечения в виде заключения под стражу
  • ДАТА 2020 года постановлением судьи Чертановского районного суда города Москвы ФИО была избрана ФИО мера пресечения в виде заключения под стражу на срок 01 месяц 18 суток, то есть до ДАТА 2020 года.
  • Данное постановление мотивировано тем, что имеются достаточные данные об имевшем место событии преступлений и причастности к их совершению ФИО, нет оснований для избрания более мягкой меры пресечения, поскольку суд пришел к выводу о том, что подзащитный, находясь вне изоляции от общества, сможет скрыться от следствия и суда, продолжит заниматься преступной деятельностью, либо иным образом воспрепятствовать производству по делу.
  • ФИО с указанным постановлением не согласен, считает его необоснованным и незаконным по следующим обстоятельствам.
Читайте также:  Авторское право: закон, регистрация, срок действия и защита

ФИО подозревается в совершении преступления, предусмотренного ч. 4 ст. 159 УК РФ. Ранее не судим, является гражданином РФ, женат, работает генеральным директором ООО «Рога и копыта», зарегистрирован по адресу: г. АДРЕС, проживающий на основании договора аренды в Москве: АДРЕС, имеет на иждивении двух родителей-пенсионеров.

Согласно ч. 1 ст.

100 УПК РФ в исключительных случаях при наличии оснований, предусмотренных статьей 97 настоящего Кодекса, и с учетом обстоятельств, указанных в статье 99 настоящего Кодекса, мера пресечения может быть избрана в отношении подозреваемого.

Согласно ч. 1 ст.

97 УПК РФ дознаватель, следователь, а также суд в пределах предоставленных им полномочий вправе избрать обвиняемому, подозреваемому одну из мер пресечения, предусмотренных настоящим Кодексом, при наличии достаточных оснований полагать, что обвиняемый, подозреваемый:

  1. 1) скроется от дознания, предварительного следствия или суда;
  2. 2) может продолжать заниматься преступной деятельностью;
  3. 3) может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу.

Согласно ч. 1 ст.

108 УК РФ заключение под стражу в качестве меры пресечения применяется по судебному решению в отношении подозреваемого или обвиняемого в совершении преступлений, за которые уголовным законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет при невозможности применения иной, более мягкой, меры пресечения. При избрании меры пресечения в виде заключения под стражу в постановлении судьи должны быть указаны конкретные, фактические обстоятельства, на основании которых судья принял такое решение. Такими обстоятельствами не могут являться данные, не проверенные в ходе судебного заседания, в частности результаты оперативно-розыскной деятельности, представленные в нарушение требований статьи 89 настоящего Кодекса.

В силу п. 5 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 19.12.

2013 N 41 «О практике применения судами законодательства о мерах пресечения в виде заключения под стражу, домашнего ареста и залога» в  качестве оснований для избрания меры пресечения в виде заключения под стражу могут быть признаны такие фактические обстоятельства, которые свидетельствуют о реальной возможности совершения обвиняемым, подозреваемым действий, указанных в статье 97 УПК РФ, и невозможности беспрепятственного осуществления уголовного судопроизводства посредством применения в отношении лица иной меры пресечения.

В частности, о том, что лицо может скрыться от дознания, предварительного следствия или суда, на первоначальных этапах производства по уголовному делу могут свидетельствовать тяжесть предъявленного обвинения и возможность назначения наказания в виде лишения свободы на длительный срок либо нарушение лицом ранее избранной в отношении его меры пресечения, не связанной с лишением свободы. О том, что лицо может скрыться за границей, могут свидетельствовать, например, подтвержденные факты продажи принадлежащего ему на праве собственности имущества на территории Российской Федерации, наличия за рубежом источника дохода, финансовых (имущественных) ресурсов, наличия гражданства (подданства) иностранного государства, отсутствия у такого лица в Российской Федерации постоянного места жительства, работы, семьи.

Вывод суда о том, что лицо может продолжать заниматься преступной деятельностью, может быть сделан с учетом, в частности, совершения им ранее умышленного преступления, судимость за которое не снята и не погашена.

О том, что обвиняемый, подозреваемый может угрожать свидетелю, иным участникам уголовного судопроизводства, уничтожить доказательства либо иным путем воспрепятствовать производству по уголовному делу, могут свидетельствовать наличие угроз со стороны обвиняемого, подозреваемого, его родственников, иных лиц, предложение указанных лиц свидетелям, потерпевшим, специалистам, экспертам, иным участникам уголовного судопроизводства выгод материального и нематериального характера с целью фальсификации доказательств по делу, предъявление лицу обвинения в совершении преступления в составе организованной группы или преступного сообщества.

В нарушении указанных норм и разъяснений Пленума Верховного суда РФ судом в постановлении не приведены конкретные и фактические обстоятельства, свидетельствующие о реальной возможности подзащитного ФИО скрыться от органов предварительного расследования и суда, оказывать давление на свидетелей или иным способом воспрепятствовать эффективному предварительному расследованию. Не проверено судом обстоятельство приобретения авиа билета на имя подзащитного и реальная возможность воспользоваться им, поскольку доказательства приобретения билета в материалах дела не имеется. Более того, следствием был изъят загранпаспорт подзащитного.

Судом не дана оценка ходатайству сотрудников ООО «Рога и копыта», многочисленным благодарностям и грамотам, характеризующих подзащитного ФИО с исключительно положительной стороны.

Не дана оценка трем нотариальным согласиям от разных лиц на нахождение под домашним арестом подзащитного на территории Москвы и Московской области. Не дана оценка показаниям свидетеля ФИО., являющейся супругой подзащитного.

Не дана оценка судом показаниям подзащитного, факту нарушения его прав, а именно производством допроса более 8 часов в течение дня, о чем сделана запись в графе замечания в протоколе допроса (т.1 л.д. 247).

Судом не проверены доводы следователя о событии преступления и причастности к ним подзащитного ФИО, факты угроз либо давления на свидетелей до задержания подзащитного. В материалах дела отсутствую надлежащие доказательства наличия события преступления, причастности ФИО к ним, давления на каких-либо свидетелей, а также попытки ФИО иным способом повлиять на расследование.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ч. 11 ст. 108, ч. 3 ст. 389.2, ст. ст. 389.3, 389.6 Уголовно-процессуального кодекса Российской Федерации, прошу:

  1. Постановление судьи судьи Чертановского районного суда города Москвы ФИО от ДАТА 2020 г. отменить.
  2. Избрать меру пресечения в отношении ФИО в виде домашнего ареста.
  3. Разрешить вопрос о присутствии подозреваемого ФИО содержащегося под стражей, в судебном заседании суда

«____»__________ 2020 г.         Адвокат Воробьев А.С./___________/

Самостоятельное ходатайство стороны защиты об отмене/изменении меры пресечения в виде заключения под стражу. Допустима ли такая вариация в современных условиях?!

Недавно на интернет сайте «Адвокатской газеты» между адвокатами Колосовским С. и Гривцовым А.

возникала дискуссия о том, как защитнику по уголовному делу лучше всего использовать такой механиз защиты прав своего доверителя как обращение в суд по месту производства предварительного расследования с самостоятельным ходатайством об отмене/изменении меры пресечения в виде содержания под стражей…..

Я и мой коллега по работе в суде, имеем отличное от представителей адвокатского сообщества мнение, поэтому нами была написана статья по данной теме, опубликованная в майском номере журнала «Уголовный процесс» за 2019 г. Часть статьи публикую на сайте с разрешения главного редактора журнала Рамазанова И.Р.

И так….

Казалось бы, что действующие положения УПК РФ, а именно главы 13 исключают какую – либо правовую неопределенность при разрешении вопросов об избрании и продлении срока действия меры пресечения в виде содержания под стражей. Однако, анализ актуальной правоприменительной практики указывает на наличие спорных и неоднозначных ситуации в данной области уголовного процесса.

Наиболее «острыми» и в последнее время часто встречающимися ситуациями, правовую определенность которых нельзя считать абсолютной, являются случаи направления от обвиняемых и их защитников ходатайств в суд в рамках досудебного производства по уголовному делу с требованием об отмене/изменении меры пресечения в виде содержания под стражей. Действительно, за последние несколько лет количество подобного рода ходатайств возросло.

Примечательно, что такие самостоятельные ходатайства стороны защиты принимаются некоторыми судами к производству и рассматриваются по существу в судебном заседании, с вынесением итогового процессуального решения и разъяснением права на его апелляционное обжалование.

К примеру, Постановлением Верх – Исетского районного суда г.

Екатеринбурга от 03 ноября 2017 года, отказано в удовлетворении самостоятельного ходатайства стороны защиты о внесении изменении в ограничения, назначенные судом при избрании меры пресечения в виде домашнего ареста в отношении обвиняемого М.

При этом, суд при рассмотрении ходатайства стороны защиты исследовал судебный материал, сформированный ранее при избрании меры пресечения по ходатайству следователя, а также исследовал доводы суда первой и апелляционной инстанции, содержащиеся в мотивировочной части решении о невозможности избрания обвиняемому М. иной, не связанной с изоляцией от общества, меры пресечения. Также, суд указал, что в судебном заседании обвиняемый и его защитник не привели доводов о реальном изменении обстоятельств, которые ранее были учтены судом при назначении и сохранении действующих в настоящее время ограничении.

  • Аналогичная практика рассмотрения самостоятельных ходатайств стороны защиты об отмене меры пресечения в виде содержания под стражей или её замены на залог/домашний арест встречается и в других субъектах РФ.
  • В свою очередь, полагаю, что такая практика является некорректной, поскольку основана на неправильном толковании правового содержания и назначения положении статей 106, 107, 109 и 110 УПК РФ.
  • Изначально, стоит сказать о том, что действующая до 2018 года редакция части 7 и 8 статьи 109 УПК РФ ,предусматривающая возможность продления срока содержания под стражей до момента окончания ознакомления обвиняемого с материалами уголовного дела и направления прокурором дела в суд, теоретически позволяла участникам уголовного судопроизводства со стороны защиты обращаться в суд с самостоятельными ходатайством об отмене указанной меры пресечения.
Читайте также:  Претензия: что это такое и как написать претензионное письмо

Заявление такого рода ходатайства было возможным как раз из-за отсутствия четких временных рамок действия меры пресечения, что наделяло обвиняемого и его защитника правом в любой момент производства по уголовному делу заявить ходатайство об отмене или изменении данной меры пресечения, и не препятствовало суду принять соответствующее решение по такому обращению, о чем несколько раз указывал Конституционный Суд РФ в своих правовых позициях (см. к примеру, Определение КС РФ от 06 июня 2003 года №184 – О, Определение от 19.03.2009 года №271 – О – О).

  1. Но, поскольку ныне актуальная редакция части 7 и 8 статьи 109 УПК РФ предусматривает допустимость продления срока содержания под стражей только в пределах испрашиваемого органом следствия срока, то и возможность направления в суд стороной защиты самостоятельных ходатайств в настоящее время не предусмотрена.
  2. Что касается наличия выше указанных нами решений КС РФ, то стоит сказать о том, что изложенные в них правовые позиции, касающиеся предоставления стороне защиты возможности обращения в суд с самостоятельным ходатайством, утратили свою силу, поскольку нормы УПК РФ, являющиеся предметом конституционной проверки видоизменились, а значит такие правовые позиции утратили свою общеобязательную и непреодолимую конституционно – правовую трактовку для актуальной правоприменителной практики, то есть прекратили своё действие во времени.
  3. Анализ судебной практики в совокупности с позициями отдельных представителей адвокатского сообщества относительно возможности направления в суд по месту производства предварительного расследования самостоятельного ходатайства об отмене/изменении меры пресечения показал, что правовой основой для подобного рода обращении выступают положения части 2 статьи 106 и части 8 статьи 107 УПК РФ.

По мнению отдельных представителей адвокатского сообщества, указанные положения УПК РФ позволяют защитнику напрямую обратиться в суд с ходатайством об изменении меры пресечения на стадий предварительного расследования. К слову, схожие доктринальные мнение встречаются и среди других представителей юридической профессии, в том числе и судей.

Между тем, исходя из нормативно-смысловой конструкции положении части 2 статьи 106 и части 8 статьи 107 УПК РФ, сторона защиты действительно может заявить ходатайство об изменении меры пресечения на залог/домашний арест/изменении вида наложенных ограничении, но только в рамках рассмотрения судом основного ходатайства об избрании/продлении меры пресечения, которое инициируется следователем/дознавателем в производстве которого находится уголовное дело.

Именно об альтернативном, но никак не самостоятельном характере ходатайства стороны защиты об изменении меры пресечения, свидетельствуют разъяснения, содержащиеся в пункте №3 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 декабря 2013 года №41 , а также наиболее авторитетные научно – практические комментарии по вопросам практики применения уголовно – процессуальных норм.

Полагаю, что во многом ошибочная практика рассмотрения отдельных ходатайств стороны защиты по вопросам, связанным с отменой/изменением мер пресечения, вызвана отсутствием системного применения и понимания положении статьи 110 УПК РФ.

В соответствии с указанной нормой УПК РФ, мера пресечения отменяется в том случае, когда в её действии отпадает необходимость, или изменяется на более строгую или более мягкую, когда меняются основания, имеющие место быть при её избрании, закрепленные в нормах статей 97 и 98 УПК РФ.

Отмена/изменение действующей меры пресечения производится по постановлению дознавателя, следователя или по решению суда.

В данном аспекте, важно понимать, что решение следователя об освобождении лица из-под стражи и(или) об изменении меры пресечения на более мягкую, принимаемое в ходе досудебного производства, не связано с нарушением или ограничением конституционного права обвиняемого на свободу и личную неприкосновенность, так как принимается в его интересах, и поэтому не требует принятия какого – либо специального судебного решения.

Таким образом, по смыслу ч. 2 ст. 110 УПК РФ, придаваемому данной норме правоприменительной практикой и надлежащим юридическим толкованием, ходатайство об отмене или изменении меры пресечения в виде содержания под стражей подлежит рассмотрению и разрешению тем органом или лицом, в производстве которого в конкретный момент находится уголовное дело.

Действительно,ранее статья 110 УПК РФ в части 4 закрепляла императивное правило, согласно которому мера пресечения, избранная на основании судебного решения, могла быть изменена или отменена только посредством принятия соответствующего судебного решения.

Однако, положения часть 4 статьи 110 УПК РФ утратили силу, после внесения поправок Федеральным законом от 04 июня 2003 года №92 – ФЗ.

Таким образом, взаимосвязанные положения статей 106, 107, 109 и 110 УПК РФ не предусматривают возможности для участников уголовного судопроизводства со стороны защиты направлять в суд по месту производства предварительного расследования самостоятельные ходатайства об отмене/изменении меры пресечения.

Иное истолкование приведенных норм УПК РФ будет создавать неблагоприятную ситуацию в виде злоупотребления правом, в первую очередь, со стороны защиты.

Ведь достаточно легко представить ситуацию, когда обвиняемый и его защитник, получив отказ в удовлетворении подобного рода ходатайства, будут направлять в суд аналогичные обращения еженедельно, что может негативно отразиться на эффективности осуществления предварительного расследования.

Возникает актуальный вопрос – какое решение и в рамках какой процедуры должен принять суд, в случае поступления от защитника/обвиняемого ходатайства об отмене/изменении меры пресечения?

Полагаю, что данное ходатайство должно быть расценено как непроцессуальное обращение, в соответствии с положениями Федерального закона от 02 мая 2006 года №59 – ФЗ «О порядке рассмотрения обращении граждан РФ» и, соответственно, возвращено заявителю, поскольку его разрешение, ввиду того, что уголовное дело находится в производстве органа предварительного следствия (дознания), а не суда, не представляется возможным. Сразу оговорим, что здесь речь не идет о ситуациях, когда указанные обращения подаются в суд во время рассмотрения им материала в обоснование ходатайства о продлении срока действия меры пресечения.

К примеру, В Челябинский областной суд 26 сентября 2018 года от защитников обвиняемого Н.Н.В. поступило ходатайство об изменении меры пресечения с заключения под стражу на домашний арест.

В ходатайстве защитник сослался на то, что постановлением Челябинского областного суда от 20 июня 2018 года удовлетворено ходатайство следователя о продлении срока содержания под стражей в отношении его подзащитного , уголовное дело в отношении которого в последствии было направлено в Ленинский районный суд г. Челябинска.

По итогам предварительного слушания, 03 августа 2018 года, Ленинский районный суд г. Челябинска вернул уголовное дело в отношении Н.Н.В. прокурору в порядке статьи 237 УПК РФ.

Доводы ходатайства сводились к субъективному утверждению о том, что основания, предусмотренные статьей 97 УПК РФ изменились и утратили свою актуальность, а поскольку общий срок содержания обвиняемого под стражей составляет 12 месяцев, то, по мнению защитника, такое ходатайство должен рассматривать именно суд среднего звена. По итогам предварительного изучения указанного ходатайства, было принято решение об отказе в его принятии и возвращению заявителю.

Если же указанное ходатайство стороны защиты было рассмотрено судом по существу в судебном заседании и на итоговое процессуальное решение была принесена апелляционная жалоба/представление, то суд апелляционной инстанции должен принять решение о прекращении производства по жалобе/представлению, руководствуясь положениями части 2 статьи 110 и пунктом 10 части 1 статьи 389.20 УПК РФ. Такая судебная практика имеется, и она представляется правильной.

Отдельно, хотелось обратить особое внимание на то, что многие адвокаты, мотивируют возможность обращения в суд с самостоятельным ходатайством об изменении меры пресечения, ссылаясь на решения Конституционного Суда РФ, выраженные в Постановлении от 26 ноября 2002 года №16 – П, а также в Определении от 04 ноября 2004 года №342 – О по делу о проверке конституционности отдельных положении уголовно – исполнительного кодекса РФ.

Из смысла правовых позиции, изложенных в указанных решениях следует, что не указание в законе стороны защиты как субъекта заявления ходатайства в суд по вопросу, решение которого входит в компетенцию суда, не является препятствием для самостоятельного обращения стороны защиты с таким ходатайством в суд. При этом, представители адвокатского сообщества особо подчеркивают, что в Определении №342 – О имеется указание КС РФ на то, что его позиция, сформулированная по рассматриваемому вопросу, распространяется на все однородные правовые ситуации.

Полагаю, что всё же представители адвокатского сообщества заблуждаются, полагая, что указанные правовые позиции КС РФ могут быть применены к разрешению вопроса о мере пресечения в частности, и к самому уголовному процессу, в целом.

Не вдаваясь в теоретические подробности сущности и пределов распространения решении КС РФ, отмечу, что правовые позиции, которые содержат в себе решения органа конституционного контроля является следствием выявления истинного конституционно – правового смысла конкретных норм федерального законодательства, которые выступают предметом их проверки в рамках конституционного судопроизводства и регулируют конкретное правоотношение в рамках четко обозначенной сферы отраслевого законодательства.

Иными словами, вышеуказанные правовые позиции КС РФ, на которые ссылается сторона защиты, не могут быть применены к сфере уголовно – процессуальных отношении, поскольку в них раскрыт смысл норм права, которые регулируют иную сферу, а именно уголовно – исполнительную, которая имеет отличный от уголовного процесса предмет, объект, а также собственную цель и задачи. Таким образом, правовые позиции КС РФ из Постановления №16 – П и Определения №342 – О не могут быть применены по аналогии к уголовно – процессуальным отношениям, поскольку раскрывают смысл норм иной отрасти права.

Спасибо за внимание)

Оставьте комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *